R 1:7

आसां क्रमेण लक्षणम् आह–
В порядке очереди приводятся их определения:

प्रत्यक्ष–अनुमान–आगमाः प्रमाणानि

Формы достоверного знания:
личное свидетельство, домысел, предание
अत्र अतिप्रसिद्धत्वात् प्रमाणानां शास्त्र–कारेण भेद–निरूपणेन एव अवगतत्वात् लक्षणस्य पृथक् लक्षणं न कृतम्।
В данном случае ввиду чрезвычайной общеизвестности прамāн̣ из-за доступности пониманию определения уже посредством изложения классификации автор трактата не приводит отдельно определения.

#Это очевидное передёргивание фактов, поскольку в индийской эпистемологии нет ни единого однозначно понимаемого термина. Ни единого. Скажем больше, на момент составления тех же Нйāйа-сӯтр автор вообще слабо понимал, что именно описывает. Доктрину за него плодотворно дорабатывали другие. Аналогичная ситуация и в нашем случае: ввиду совершенноно непонимания того, что же такое прамāн̣а, определение ей дать было невозможно. Непонимание же мы напрямую увидеть не можем, поскольку типы прамāн̣ в S также не получили доктринального определения. Вместе с тем, они закрепились на понятийном уровне в комментариях. И вот по ним мы и можем судить о всей мнимой глубине подхода.#

प्रमाण–लक्षणम् तु–
Ну и определение прамāн̣ы:
«अविसंवादि ज्ञानं प्रमाणम्» इति।
«Прамāн̣а — это необманчивое знание».

#Можем провести эксперимент. Задайте себе вопрос: «Что такое необманчивое знание?» Капитан Очевидность? Но ведь введением понятия авидйā S доктринально оспаривает всякую людскую очевидность. Так если человек может уверенно принимать не-я за я, страдание за счастье, невечное за вечное, нечистое за чистое, то он с такой же уверенностью способен принимать очевидную ложь за незыблемую истину. Я готов наглядно продемонстрировать несостоятельность любого суждения, какое бы вы ни выдвинули в качестве необманчивого знания. Поэтому для меня фразы насчет общеизвестности категории прамāн̣ы – это чистой воды демагогия.
К слову, уже ко времени Мищры концепция прамāн̣ы принципиально поменяла своё наполнение. Само необманчивое знание стало именоваться термином прамā. Тогда как прамāн̣ой стал считаться процесс добычи этого знания. Даже в более поздних списках R встречаются соответствующие дописки. Но такое понимание не вписывается в прокрустово ложе S. Впрочем, разрабатывали его логики, которым эпистемология была всегда ближе. И они в своих разработках мало заботились об интересах созерцателей.#

इन्द्रिय–द्वारेण बाह्य–वस्तु–उपरागात् चित्तस्य एतद्–विषया सामान्य–विशेष–आत्मनः अर्थस्य विशेष–अवधारण–प्रधाना वृत्तिः प्रत्यक्षम्।
Личное свидетельство (пратйакша) это объективирующая внешний предмет вр̊тти, вызванная затмением им ума посредством органов чувств. В ней доминирует определения частного касаемо имеющего природу общего и частного массива данных.

#По имеющимся у меня рукописям я поправил чтение всех изданий на более правильное.
Прочитал несколько переводов Bh в этой части (поскольку определение пратйакши оттуда цитируется в R практически дословно). Меня не воодушевил ни один из предложенных вариантов перевода. Пришлось подключать старый добрый, но жутко трудозатратный метод прямого видения.
Бился над переводом полдня. Когда он был закончен, когда были написаны пояснения по грамматике, Ворд предательски завис и не захотел оживать. После перезапуска оказалось, что перевод не сохранился. Пришлось натужно вспоминать все мысли, которые, удивительным образом, не хотят собираться в пазл.
Основная проблема – присутствие в тексте двух конкурирующих понятий: васту и артха. С первым проще, это однозначно внешний предмет. На сей факт указывает атрибут бāхйа. С артха сложнее. С формальной точки зрения мы не имеем дела с предметами как таковыми. Вещь-в-себе (т.е. для себя) остаётся нами никогда не познанной. Почти никогда. Вы можете стать с ней единым целым, тогда будете интуитивно знать, что она из себя представляет. Но мирскими средствами познания мы общаемся не с предметами, а с данными, считанными с предметов. В этих данных ум в процессе анализа выделяет общее, что позволяет отнести исследуемый феномен к конкретному классу, а также особенное, что помогает исключить его из схожих классов, а также выделить среди себе подобных. Собственно, в этом ключе я и предложил свою версию перевода.
Со временем я отказался от перевода пратйакши через академическое Восприятие. Логика здесь следующая. Нет ни малейших оснований считать, что древние видели вещи точно так, как видим их мы. И заигрывание термина Восприятие, имеющего фиксированное (в той же Википедии) понятие, приведет к подмене этого самого понятия с вкладывавшегося младофилософами на предлагаемое современной наукой. Т.е. мы начнём не изучать явление альтернативной картины мира, а объяснять его из сферы известного в рамках нашей картины мира. Это а) бесперспективно по отношению к самим себе и б) неуважительно по отношению к авторам прежних доктрин.#

गृहीत–संबन्धात् लिङ्गात् लिङ्गिनि सामान्य–आत्मना अध्यवसायः अनुमानम्।
Домысел (анумāна) — это убежденность относительно Значения на уровне универсалии, <сформированная> на основе Знака с зафиксированной <ранее> инвариантной связью.

#Понять исходник без знания матчасти невозможно. Дело в том, что определение дано совершенно безобразно, без попыток действительно раскрыть предмет. И восемь из десяти комментариев в данном месте – такие же беззубые, обрубочные. Только несколько лет, потраченных на изучение эпистемологии, позволяют переводчику свести концы с концами, добив умолчания в угловых скобках.
Главное, что нужно зарубить себе на носу — анумāна не имеет никакого отношения к формальной аристотелевской логике. Домысел основывается на практическом (житейском) опыте. Вы должны были предварительно самолично видеть некий Знак и в уме установить его связь с неким Значением. Допустим, три раза подряд встреченная на улице чёрная кошка (Знак) вызывала в вашей жизни лихие события (Значение). Вы наделяете Знак инвариантной связью со Значением. И на четвертый раз, встречая черную кошку, с ужасом бежите в церковь ставить свечки за здравие, за упокой, накладываете на себя епитимью, обещаете богу поститься по субботам, а по вторникам и пятницам ещё и сыроедить…
В более простых примерах вы видите рельсы с линиями высоковольтных проводов над ними (Знак) и понимаете, что здесь ездят трамваи (Значение). Если вы приехали из глухой деревушки, никогда не брали в руки книжек, то рельсы и провода вызовут в вас одно лишь недоумение. Ибо в вашем уме нет фиксированного сопоставления (инвариантной связи) между Знаком (рельсы) и Значением (трамвай).
Логиками такая связь (самбандха) мыслится инвариантной (обязательной) объективно. Т.е. связи между Знаками и Значениями постулируются существующим вне людей. Как такая связь видится йогинами, понятия не имею. Но на самом деле любая связь зиждется на всё той же вашей вере в её существование. При этом надо понимать, что такая вера делает нас уязвимым. Поскольку связи носят конвенциональный характер, то, зная вашу карту интерпретаций, я могу лепить вам Знаки, порождая в вашем уме ожидание присущих им Значений. И этим пользоваться. Не хочу никого пугать, но Программы умеют считывать с ваших умов всё, что в них есть. В том числе такие вот ассоциации между Знаками и Значениями. Поэтому порой в жизни начинает происходить форменная свистопляска, когда привычные системы интерпретации вдруг ополчаются против тебя самого, когда за привычными Знаками (которые работали верой и правдой годами) начинают следовать совершенно непривычные Значения. В такие моменты как раз и помогает понимание того, что связи порождаем мы сами. Поэтому если где-то закон кармы начал сбоить и ваши супостаты до сих пор не проплывают кверху брюхом вниз по течению реки, хотя вы сидите на берегу битый десяток лет, примите это как космическую шутку над вашим чувством собственной важности. И займитесь более продуктивным делом.#

आप्त–वचनम् आगमः॥
āгама – это утверждение авторитета.

#Здесь мы подходим к самому интересному. Дело в том, что утверждение авторитета – это не познавательный акт. Это речевая деятельность в рамках коммуникативных отношений. Вы не можете блокировать утверждение авторитета, подвергнуть его ниродхе. Это утверждение вам не принадлежит. Следовательно, перед нами очередная «фигура речи» (я использую этот закавыченный эвфемизм, ибо не хочу выражаться грубо).
Приведём аналогию с ботинками. Ботинки – это вр̊тти. Они бывают а) летние (пратйакша), б) зимние (анумāна) и в) руки кожевенника (āгама). Аналогия полная, поэтому даже далёкий от проблематики языкознания человек может заподозрить — что-то тут не чисто.
Руки кожевенника не являются разновидностью ботинок. Точно так и утверждение авторитета как акт речевой деятельности не является когницией воспринимающей стороны. Правильно вести речь о представлении, формируемом в уме адресата под воздействием утверждения авторитета. А формируется там нечто навроде фантазии, вызванной пониманием слов, которая мыслится имеющей отношение к реалиям (в отличие от собственно фантазии, которая заранее мыслится небылицей). Но мыслиться относимой с действительностью и иметь к этой действительности реальное отношение – это две большие разницы.
Буквально āгама – это Предание или Традиция. Но любому критически настроенному мыслителю само собой очевидно, что Предание не может (точнее, не должна) быть источником безошибочного знания. Ибо люди сотканы из ошибок, а закон энтропийности любой информационной системы прямо утверждает, что чем выше число трансмиссий (разовой передачи) знаний от одного к другому, тем меньше в этом знании собственно Знания (тех самых чистых пакетов), тем больше в нём выдумок и небылиц (сиречь Толкований). Традиции живы ровно столько, сколько жив зачинатель традиции. Дальше это мёртвые формы. Либо в рамках традиции вырастает новая, свежая. Которую, впрочем, обязательно объявят ересью и забанят.
Но вот здесь мы как раз и упираемся в озвученную мной ранее проблему догматического мышления. Большинство людей не обладают развитым критическим мышлением. Любое суждение они либо произвольно считают авторитетным и принимают на веру, либо не менее произвольно считают неавторитетным и не прислушиваются к нему. Допустим, я некоторым связанным со мной людям из большой любви расписывал их будущее на несколько лет вперёд и предлагал варианты изменения этого неблагоприятного сценария. Примерно четверо из пяти класть хотели на мои утверждения, а через год-два уверенно назначали меня крайним за то, что сценарий отыгрывался согласно моим прогнозам. Примерно так это у людей и бывает. Ибо мы не принимаем ответственности за свою жизнь. Если бы принимали, то стали бы щепетильно относиться к идеологическим (шире – информационным) закваскам, воздействию которых себя подвергаем на регулярной основе.
Теория «авторитета» слишком пространна, чтобы начинать её разбирать в рамках не самого базового комментария. Если кратко, то в современном мире для человека авторитетом служит любая заборная надпись. Мы настолько догматичны, что клюём на любую третьесортную информацию, не будучи приучены мыслить критически и перепроверять фактами услышанное и прочитанное. И даже мыслители прошлого вынуждены были признавать авторитет «Вед», даже если внутренне отчётливо понимали, что этот авторитет дутый, а сами «Веды» написаны вчера на коленке вон в той подпольной секте революционеров-националистов.
Строго говоря, выдвигая три вышеперечисленных формы необманчивого знания (прамāн̣а), йогины (вслед за санкхйаиками) выдают желаемое за действительное. Любая информация извне может оборачиваться в догматическом уме формой необманчивого знания. Просто у нас мозги слишком жидкие, чтобы осознать обман, над нами висящий.
Помню один прескверный случай. Моя бывшая приятельница занималась служением. Помогала девчонкам содержать лошадей. Я тоже периодически ездил чистить эти авгиевы конюшни. Но у меня никаких кармических отношений с хозяйками не было. А вот мадама пустилась во все тяжкие, и когда у владелиц с деньгами стало совсем худо,… купила себе поллошади! Ну то есть, вот вам половина стоимости этого классного жеребца. Он остаётся на постое у вас, но считается «почти-моим». Ухаживайте за ним наилучшим образом, свежая вода, сено, чесать гриву, выпускать на пробежку и т.д. В этом режиме проходит что-то вроде года. Через год счастливой обладатильнице полулошади сообщают, что её любимец, вороной ахалтекинец – околел. Помер конь, и всё тут. Ничего теперь не попишешь… И она мне эту историю рассказала ещё год спустя с тех времён. Стоит такая, глазками грустно хлопает. Я так вкрадчиво спрашиваю: «И что, никаких подозрений у тебя всё это не вызвало?» Она на полном серьёзе: «А какие тут должны быть подозрения?» Ну разумеется, никаких. Самый здоровый из всего табуна, самый дорогой в цене. Деньги за него уплаченные давно уже пропиты. Че проще выставить его на продажу повторно. Сбыть, а недалёкой девочке рассказать сказку. Без предоставления каких-либо доказательств. Ну мы ведь подружки, какие тут еще нужны доказательства?! Было не по себе, особенно после небольшого серфа Интернета, когда нашли даже то объявление с фото коня, по которому его и продали. Скажу прямо, ахалтекинцы в полном соку – это недешевое удовольствие. На стоимость половины коня приятельница могла столько добрых дел сделать… А вместо этого выбросила деньги на… на опыт? Будем надеяться, что так.
Так вот мы и живём, забывая лапшу с ушей стряхивать. И даже не понимаем, что наше знание – далеко не безошибочное. Но, честно, я не уверен, что это так уж плохо…#

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *