Пара слов об обратном переводе

§ 1. Общие замечания
Коммуникативная функция языка заключается в провокации стороннего ума к формированию на основе слышимой или видимой речи представлений, максимально близких тем представлениям, которые говорящая сторона облекала в слова.
При живом общении нелепость языка компенсируется мало кому известным фактом: на поток речи накладываются целостные мыслеобразы, которые точно так же целостно считываются слушателем. Поэтому слова выступают лишь передающим субстратом.
Когда же речь заходит о передаче информации на расстоянии, на первый план выходят условности речевого кодирования. Нам важно заранее договориться, какие кодировки каким передаваемым понятиям-представлениям соответствуют. В противном случае мы не рискуем быть понятыми вовсе.
В практике прямого перевода существует уровень, который я условно назвал бы «номинализмом». Когда человек научился отличать морфологические формы слов и пользоваться словарем, то его переводы некоторое время обязательно будут номинальны. Он переводит номинацию (имя) в другую номинацию (имя), не переходя на уровень смысла. А поскольку переводчик смысл для себя не вскрыл, то его перевод априори не может «передать» смысл на сторону. На продвинутых уровнях владения языком номинализм присутствует в схоластике. Я не встретил до сих пор ни одного академического перевода санскритских мировоззренческих (квазифилософских) трактатов, в котором за Буквой чувствовался бы Дух. Связано это с невыполнимостью задачи вжиться в чужое мировоззрение, стать его частью, но при этом остаться социально адекватным академиком. Это технически невозможно. Поэтому сама отыгрываемая социальная роль учёного, остающегося в позе стороннего наблюдателя, отчуждённого исследователя, лишает актёра возможности постичь суть конкретной информационной системы. Дело в том, что у любой системы (в том числе информационной) есть два режима репрезентации: для чужих и для своих. И своё естество система открывает только тем, кого признала «своим». В этом нет никакого мистицизма. Если вы присмотритесь к окружающим нас реалиям, то это проявляется повсюду: специалисты делают вещи принципиально иначе, чем их делают обыватели. Почему? Потому что знают «кухню» изнутри, став однажды своими. А стать своими можно только одним способом – через жертву внимания. Т.е. нужно кормить конкретную информационную лярву столько, сколько ей требуется, чтобы она признала тебя своим и начала открывать то, что от посторонних сокрыто. Понятно, что на такую жертву мало кто готов пойти. Тем более академик с плотным графиком выдачи продукции на-гора.
В Сценарии прямого перевода наша формальная задача – научиться мыслить категориями языка оригинала. Мы обязаны максимально полно владеть теми условностями, коими автор пользовался при кодировании текста. Только тогда мы можем приблизиться к тем идеям, которые он облекал в слова.
В Сценарии обратного перевода задача ещё сложнее. Нам нужно умудриться не нарушить тех языковых условностей, при помощи которых потенциальный читатель, носитель языка перевода, будет декодировать сказанное нами. Здесь номинализм и вовсе яду подобен. Дело в том, что номинальный прямой перевод для посторонней публики ничем не грозит: она так и так не знала, о чём текст, поэтому не сильно расстроится, прочитав бессвязный набор слов. Номинальный же обратный перевод будет резать своей нелепостью глаз и ухо носителю языка и вводить его в ступор не просто своей бессмысленностью, но самой исковерканностью высказываний. В ответ на неверно выполненный обратный перевод идёт мощный отклик: «Но так ведь не говорят! Что он себе позволяет?!» И тут наша несостоятельность в языке оказывается для посторонних самоочевидной. Вот насколько всё непросто.
В этой связи на начальных этапах изучения того же санскрита не нужно пытаться переводить обратно нечто большее, чем простые высказывания, не образующие целостного связного текста, типа Меня зовут Артём. Возьми эту куклу. Мы идём в школу. Дальше следует освоить азы синтаксических эквивалентов для причастий, деепричастий, абсолютных конструкций, инфинитива. Т.е. понимать, что передаётся при помощи данных средств языка, и как это же значение принято передавать в языке прямого перевода (в нашем случае – в русском). Когда синтаксис базовых конструкций проблем уже не вызывает, можно пробовать силы в обратном переводе законченных произведений. Понятно, что это громко сказано. По факту речь будет идти о коротеньких историях или стишках.
Итак, давайте попробуем вместе родить перевод коротенького, но гениального стихотворения Агнии Барто под названием «Самолёт».
Благодаря Тане мы имеем возможность вставить в текст рисунки из издания 1958 года. В них есть какая-то особая прелесть давно ушедшей эпохи…
§ 2. Каркас
Я обычно начинаю с самого общего анализа. Нам нужно вычленить костяк сюжета, чтобы понять, какие конструкции потребуются.
У нас есть развитие сюжета через пары глаголов: построим – понесёмся и понесёмся – вернёмся. При формальном подходе это четыре формы будущего времени. Но!
1. На семантическом плане это три последовательно сменяющих друг друга действия: построим – понесёмся – вернёмся. В санскрите при передаче в одном высказывании нескольких действий с общим агенсом (у нас таковым является домысливаемое по умолчанию Мы) ранее действие требует формы деепричастия. Поэтому если мы собираемся всю строфу запихнуть в одно предложение, должно быть два деепричастие и конечное действие «вернёмся» — в форме финитного глагола.
Но при таком подходе мы не сможем даже близко воспроизвести изящный рефрен Понесёмся над лесами и уткнёмся в проблему нехватки содержания для наполнения целой строфы. Следовательно, правильнее вслед за коренным текстом использовать два самостоятельных предложения.
Одно важное замечание! Переводимый нами оригинал предполагает максимально простой язык. Поэтому в некотором смысле даже деепричастные обороты будут для него «осложнениями». Мы имеем полное право отойти от грамматических норм выражения, отказаться от деепричастий вообще, а последовательность действий выразить наречиями со значением последовательности во времени.
2. Будущее время в санскрите имеет свои тонкости. Если бы самолётостроители сегодня построили самолёт, чтобы завтра на нём полетать, это была бы семантическая вотчина будущего времени. Но у нас они строят его, чтобы лететь немедленно. И в подобных речевых ситуациях Немедленное будущее выражается формами настоящего времени. Это нужно знать.
То же самое с «вернёмся». Если они собираются летать день, неделю, месяц, то такое значение может быть передано формами будущего времени. Если же стройка началась после обеда, а к ужину детки должны вернуться к маме, это снова настоящее время в значении Немедленного будущего.
В целом неплохо запомнить простую вещь: будущее время в санскрите употребляется тогда, когда никакими другими формами смысл передать не удаётся. И в целом оно используется гораздо реже, чем в русском.
Итак, мы уже собрали каркас. Текст перевода будет иметь вид двух предложений:
1. деепр. от Строить + наст. вр. от Понестись
2. деепр. от Понестись + наст. вр. от Вернуться.

 

§ 3. Лексика
Дальше уместно пробежаться глазами по задействованным в тексте понятиям и найти те, эквивалентов которых активный словарный запас не выдаёт или выдаёт со знаком вопроса. Понятно, что здесь всё очень индивидуально, поскольку речь идёт не про абстрактный лексический запас, а про освоенный лично мной (или вами, когда вы будете переводить).
Мы видим нетипичное для санскрита слово «Самолёт». Но я недаром предварительно познакомил вас с неологизмами санскрита. У нас на выбор два варианта перевода: वायुयानम् или विमानम्. Поскольку я буду переводить в стихотворный размер, то выберу ту форму, которая лучше встаёт по поэтическому месту.
Из остального сложности вызывает слово Понесёмся. В подобных случаях алгоритм действия предельно прост: нужно свести редкоупотребимую поэтическую единицу к её общеупотребимому синониму. Даже если при этом мы потеряем какие-то оттенки смысла, это не беда. Итак, Понесёмся — в данном контексте — означает Полетим или Полетаем. Возьмём глагол डी. Он разноспрягаемый, в пособиях для начинающих обычно приводят формы первого класса, но всегда в Атм.
Альтернативный вариант: перифраза через корни общего движения गम् или या.
Иногда я делаю следующее: отдельно выписываю формы-кандидаты. Тогда наглядно видно, какая как будет звучать.
डयामहे डीत्वा
यामः यात्वा
गच्छामः गत्वा।
Построим – здесь можно обойтись универсальным कृ либо «выпендриться» и использовать что-то похлеще: निर्–मा, रच्, उत्–पद् и особенно कॢप्. Но нужно помнить, что в оригинале у нас условно «детский» язык. Поэтому, опираясь на своё чувство языка перевода, нужно стараться не перегружать текст изощренными словоформами.
कृत्वा कुर्मः
कॢप्त्वा कल्पामहे
रचयित्वा रचयामः
निर्माय निर्मिमीमहे
Наконец, Над лесами и К маме – могут потребовать знаний в части употребления послелогов. При этом, на мой взгляд, лес не обязан оставаться Лесом. Если в размер не входит, можно взять, например, Парк Рощу. Как не обязательно сохранять множественное число. Санскритские джунгли вообще с трудом мыслятся во множественном числе.

 

§ 4. Пофрагментный перевод
Дальше мы поступаем с текстом ровно так, как поступаем с санскритским исходником, который собираемся перевести. Сначала делим текст на законченные клауземы, затем работаем с каждой из них отдельно, после чего сводим куски вместе.
Я покажу наглядно, хотя на продвинутых этапах все эти операции можно совершать уже в уме.
(1а) Самолёт построим сами,
(1б) Понесёмся над лесами.
(2а) Понесёмся над лесами,
(2б) А потом вернёмся к маме.
(1а) Самолёт построим сами, (1б) Понесёмся над лесами.
Давайте так, я сначала приведу нормативную форму выражения данной мысли. А следом мы её опростим до уровня оригинала. Ниже я выписываю только формы, которые методом перебора признал лучшими.
वायुयानं Самолёт स्वयं сами निर्माय построим,
वनम् उपरि над лесами डयामहे Понесёмся।
9 слогов на строку:
वायुयानं स्वयं निर्माय,
वनम् उपरि डयामहे।
8 слогов на строку:
वायुयानं स्वयं कृत्वा,
अधिवनं डयामहे।
или
विमानं स्वयं निर्माय,
अधिवनं डयामहे।
Здесь, чтобы попасть в размер, конструкцию с послелогом пришлось заменить на наречную форму अधिवनम्.
В принципе, язык получается достаточно простой. Настолько, что я расхотел его искусственно упрощать.
(2а) Понесёмся над лесами, (2б) А потом вернёмся к маме.
Приведу опорный перевод на основе альтернативного варианта:
अधिवनं над лесами डयामहे понесёмся,
ततः А потом ननाम् к маме आयामः вернёмся.
नना – это что-то вроде Маман. Является однопорядковой лексемой с तात Папенька, но в отличие от последней в разговорном санскрите не прижилась. Более ожидаемая здесь лексема – अम्बा.
9 слогов на строку:
वनम् उपरि डयामहे,
अम्बां प्रति च आयामः।
Здесь компромиссный синтаксис. Дело в том, что деепричастие от डी (डीत्वा) выглядит неестественно, безжизненно. Кроме того, хочется сохранить повтор строки, как в оригинале.
8 слогов на строку:
अधिवनं डयामहे,
ततः अम्बाम् आयामः च।
Здесь теряем послелог, но значение местоназначения передаётся випом даже без уточнения. Такова особенность синтетических языков на контрасте с изолирующими.

 

§ 5. Сведение
Теперь осталось свести какой-то один из возможных вариантов. Я остановлюсь на ануштупе.

विमानं स्वयं कुर्मः,
अधिवनं डयामहे।
अधिवनं डयामहे,
अम्बां प्रतिगच्छामः च॥

Кто повнимательнее, заметил, что первую и последнюю строку я привёл ещё в одном из возможных вариантов. И последовательность действий во втором случае передал в упрощенном виде через однородные сказуемые, соединенные сочинительным союзом च. В первом случае это бессоюзное предложение. На мой взгляд, четыре формы настоящего времени задают какой-то особый ритм языка, который деепричастия (более правильные по синтаксису) разрушают. И в угоду поэтической формы (как я её сам ощущаю) оставил так, как оставил.
На самом деле, именно задача пожонглировать вариантами и делает ценными обратные переводы. Самоценности в конечном результате здесь не очень-то много. Разве что пыль в глаза кому-то пустить. Но здесь, на портале, все свои, нет ни малейшего повода пылить. Важнее помнить, что смысл танца – в самом танце.

 

§ 6. Вместо послесловия
В общем-то, уже хотел закончить текст. Но тут вдруг обнаружил забавную вещь. В современных иллюстрациях к стихотворению его идея раскрывается следующим образом:

 

 

Дескать, детки смастерили самолётик и, видимо, запускали его в небо. На мой взгляд, ранние иллюстрации передают принципиально более адекватную интерпретацию. Детки смастерили подобие воображаемого самолёта из всяких подручных подушек и стульев, после чего точно так же в воображении летали на этом самолёте над лесом, роль которого смиренно исполнил ковёр. Примерно так:

А вы сами как считаете, о чём хотела нам сказать товарищ Барто?
Ответы глазами художников.
1973 год:

1983 год:
1985 год:
2000 год:
2001 год:

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *