Рождество на кончике носа

25 декабря. Год 2020-й. Удобное время для неудобных мыслей.
Седьмая ка́рика́ Са́н̇кхья-ка́рик эллиптично перечисляет случаи, когда объективно существующие феномены оказываются недоступны восприятию. Одним из таких случаев названа близость (са́ми́пья). При ограничительном толковании речь идёт об очках на лбу, которые не увидеть ввиду чрезмерной близости. При расширительном толковании (которое мне ближе) сюда подпадают все феномены, с которыми мы живём изо дня в день. И действительно, то, что нам близко, очень быстро становится привычным. Атрибут привычности, закреплённый за феноменом, нужен уму для того, чтобы перестать этот феномен исследовать. В противном случае каждый из нас был бы параноиком, копаясь в тысячах мелочей, нас окружающих.
Рождество. Привычный каждому из нас с детства факт объективной действительности. Именно в силу атрибута привычности он нами не анализируется: есть набор сформированных нами представлений о факте, которых нам хватает. Почему? Потому что эти представления являются общими для той культуры, частью которой каждый из нас является. А культурный код в практическом плане подвергать ревизии обывателю смысла нет – он всё равно на него никак не повлияет.
А вот искателю, человеку Знания Рождество способно подарить множество озарений по поводу того, как же устроена наша реальность.
Тему можно раскрыть с нескольких концов. Поэтому приходится выбирать. Попробуем сразу посмотреть в суть.
Итак, Рождество. Само по себе слово лишено значения. Понятию Рождество требуется обязательный аргумент в виде несогласованного определения в родительном падеже: Рождество кого? чего? чьё? Так чьё же Рождество мы отмечаем?
Многие – из тех, кто считают, что хлеб растёт на деревьях, – вообще не задумываются об этом вопросе. Ну, праздник и праздник. Повод сесть за стол, нажраться культурно. Внешнему человеку символизм неинтересен, внешний человек коллекционирует фантики.
Человек обрядовый, традиционный, обычно владеет теми сведениями о символизме, который ему предоставила актуальная традиция. Поэтому он ответит, что празднуем мы Рождество Иисуса Христа.
Человек внутренний, искатель, идёт дальше и задаётся вопросом: в архиве какого ЗАГСа хранится актовая запись о рождении Иисуса Иосифовича Христа? И, перечитав внимательно каноничные жизнеписания Христа (сиречь Евангелие), изучив теорию литературоведения, основы семиотики, психоанализа и махрового идеализма, он с неизбежностью обнаружит, что никто понятия не имеет, когда именно родился И.И. Христос. Но, что ещё более удивительно, никого это и не интересует. Органический Христос, о рождении которого можно было бы вести речь, кончился. А может и вовсе не начинался. А Христос как мифологема может иметь любую дату рождения. Внезапно, не правда ли?
И здесь в свои законные права вступает прагматика. Поскольку всегда есть персонажи, которым выпала незавидная участь структурировать хаос нашего бытия путём бесструктурного (да будет прощена нам банальная игра слов) управления обществом. Персонажи эти, находясь в совершенно конкретных условиях, решают не менее конкретные задачи. Поэтому важно немного знать историю. По крайней мере, ту её часть, что выглядит правдоподобной на уровне программ и сценариев.
Христианство – далеко не первая религия, т.е. идеология, объединяющая людей. Изначальной религией практически во всех традиционных обществах является культ Солнца, который можно назвать религией здравого смысла. Почему так? Потому что Солнце, в отличие от измышленных мифологем, является фактом общей для всех людей реальности. Мифологемы же – это распределённые системы, существующие во множестве умов, их мыслящих, в форме некоего подмножества изотопов. В частности, мифологема Христос имеет национальные изотопы Христос-араб, Христос-афроамериканец, Христос-азиат, Христос-европеец. Затем сюда добавляются привходящие характеристики его личных качеств, которые также в разных умах различны… и в конечном счёте сводится это всё к тому, что как единой религии христианство никогда не существовало. Подвидов христианства ровно столько, сколько людей, верующих в мифологему Христа.
С солнцем всё несколько иначе. Динамику движения солнца в течение дня и в течение года можно измерять самыми примитивными средствами (гномон и т.п.). Следовательно, результаты измерения, также равнодоступные для всех людей общности, становятся вторичным фактом, на который можно опираться. Это позволяет достаточно легко нарезать торт кологода на отдельные сегменты по кардинальным точкам: точка максимально длинного дня, точка максимально короткого дня и точки равноденствия. Так у общности появляется мерность и цикличность, привязавшись к которой можно «поймать ритмы бытия». Следовательно, с позиции здравого смысла кардинальные точки года имеют неоспоримый приоритет перед любыми измышленными датами рождения, просветления и смерти тех или иных мифологем. Последние – надуманные, тогда как первые – доступны непосредственному познанию.
Побороть здравый смысл и прагматизм традиционного человека можно, но дюже затратно. А как говорит народная мудрость, не можешь победить врага – обними его. Особенно в тактике объятий преуспели вайшнавы. Так они объяли упанишадное брахмо, объявив его эманацией природы Кршны, объяли Будду, объяли Христа, объявив их ипостасями, реинкарнациями Кршны. Это – типичные уловки в информационной войне. Но поскольку о самом существовании войны обыватель ни сном, ни духом, то легко подпадает под влияние этих уловок.
Кукловоды также не смогли одолеть солнцепоклонников, навязав христианство силой (сказки про крещение Руси огнём и мечом – вымысел одного-единственного монаха-фантазёра, изложенный в Радзивилловской летописи). Поэтому они изучили учебник по семиотике и поняли простую вещь: факты объективной действительности не имеют чётко закреплённых за ними систем истолкования. Поэтому не обязательно насаждать новое, разрушая старое. Достаточно подменить толкования фактам. Поэтому кардинальным точкам кологода невоинственными методами начали придавать новое содержание. И эта политика варки лягушки путём медленного нагрева воды дала свои плоды. Через несколько поколений толкования сменились. День зимнего солнцестояния прочно ассоциировался с рождением Христа, а день летнего солнцестояния – с рождением Иоанна-крестителя. Разумеется, если нет записей о рождении органического Христа, являющегося центром культа, то дата рождения Иоанна Предтечи и вовсе мало кого могла интересовать, поскольку он вообще к христианам не имеет никакого отношения кроме того лишь, что, согласно мифу, крестил Христа в водах Иордана. Но, как мы говорили выше, для мифологем отсутствие таких данных проблемой не является. Поэтому церковная власть постановила, а догматически настроенная публика приняла за истину те даты, которые позволяли – внимание! – оставаться в гармонии с ритмами года, но при этом отправлять принципиально иной культ.
Уже одного сказанного достаточно, чтобы вдумчивый читатель увидел: мир зиждется на коллективных фантазиях разной степени бредовости. Причём, чем развитее становится мышление человечества в целом, тем более изощренными становятся эти фантазии. Тем дальше мы удаляемся от первой природы, той, находясь в которой, чувствовали себя частью этого мира. И здравый смысл заменяется догматичным скудоумием.
Апофеозом скудоумия стала позиция православной церкви, которая после введения на территории России григорианского календаря по Декрету СНК от 26 января 1918 года продолжает праздновать Рождество по юлианскому календарю.
Нам нужно понять саму суть реформы. Как отмечает товарищ Ленин в вышеупомянутом Декрете, задача была формальной: установление одинакового почти со всеми культурными народами исчисления времени. На самом же деле Россия лишь догоняла в своем понимании Европу, в которой погрешности юлианского календаря, приведшие к смещению дня весеннего равноденствия, были осознаны ещё в XVI веке, в связи с чем в 1582 году и был осуществлён переход с юлианского на григорианский календарь, чтобы вернуть весеннее равноденствие на 21 марта.
Забавно другое: каждому из нас все эти годы ересь церкви доступна, но неосознаваема ввиду избыточной близости. У русских до сих пор сохранилась традиция отмечать (у русских вообще неизбывная традиция отмечать) старый Новый год в ночь с 13 на 14 января. Что это такое? Это дата Нового года по юлианскому календарю, как если бы он ещё применялся к нашей обыденности. Т.е. это «неправильный» новый год, невсамделишный. Аналогично и Рождество, приходящееся на 7-8 января – это «неправильное» Рождество, невсамделишное. И неправильность его в том, что будучи основано на погрешностях юлианского календаря, оно оторвалось от кардинальной точки года, дня зимнего солнцестояния.
С точки зрения умозрительных абстракций верить можно во что угодно. Но внешнему человеку это даётся с трудом. Поэтому привязка внутреннего к чему-то внешнему – это укрепление фундамента веры. Католик или протестант может символично назначить солнце эманацией Христа и идейно совмещать рождение Солнца с рождением Христа, сопереживать одно в другом. Православному такое совмещение недоступно, он оказывается в кругу чистых абстракций.
В принципе, масса решает. Всегда. Везде. Поэтому любой массовый праздник оказывает влияние на информационное пространство, а вслед за этим – на проявленное бытие. Но чтобы масса зарешала, она должна обладать пассионарностью, т.е. коллективно одухотворять миф. Чтобы понять, о чём я говорю, достаточно посмотреть на коллективные моления мусульман. Но даже в этом случае верования длительностью несколько столетий не в силах сформировать более мощную программу в информационном пространстве, чем архетип рождения Солнца, мыслимого вечным в пределах человеческой истории.
Если вы начнёте наблюдать за собой, то внезапно обнаружите, что приходящиеся на дни карачуна (20-21 декабря) предродовые муки приходится испытывать даже тем, кто ждёт Рождества по старому стилю (7-8 января). И точно так же на 23-24 приходится самопроизвольный подъём внутренних душевных сил. Я в этом году намеренно опросил своих близких, они мне подтвердили сей факт.
Давайте попробуем подвести итоги нашего краткого дискурса. Верить можно во что угодно. А вот веровать можно лишь в то, под чем имеется крепкое основание. Модель мира, базирующаяся исключительно на чужих домыслах, – это шаткая модель. Завтра мода на домыслы сменилась – и наш карточный домик рассыпался. Модель мира, базирующаяся на фактах объективной действительности, менее подвержена таким катаклизмам, кроме того позволяет ощущать себя сонастроенной, органичной частью внешнего мира.
В эпоху, когда официальные верования являются дичайшей ересью, наиболее эффективна позиция, выработанная позднесредневековыми тантриками индийского субконтинента: наполнять общепринятые ритуалы своим особым внутренним содержанием, собственноручно сакрализовывать своебытие. Это тяжко. Но участь Творца никогда лёгкой не была…
С Рождеством!
Sun Birth by Jim Bunstock
п.с. Есть классный рождественский мультфильм с качественно отрисованными скриптами: “Хранители снов” (2012). Настоятельно рекомендую к просмотру.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *