БЧА 3. Принятие идеи пробуждения

РАЗДЕЛ ТРЕТИЙ.
ПРИНЯТИЕ ИДЕИ ПРОБУЖДЕНИЯ
Идея пробуждения или бодхичитта на санскрите – это выделение цели пробуждения в качестве значимой фигуры на карте личностных ценностей. Более точно было бы вести речь не о «принятии», а о «прививании» или «зарождении». Но санскритское слово париграха, использованное в оригинале, не содержит таких оттенков, поэтому мы оставили буквальный перевод.
С содержательной точки зрения нашим глазам предстанет типичный архетип мышления человека, одержимого идеей «того-не-знаю-чего». Идея пробуждения – одна из таковых идей. Посудите сами: никто на берегу понятия не имеет (и иметь не может), о чём именно идёт речь под словом «пробуждение» (духовное, не повседневное). Никаких тебе дней открытых дверей, бесплатных тест-драйвов, пробников. И тут вдруг – ррраз! – решаю пробуждаться. Пробуждаться от чего? Пробуждаться во что? Понятия не имею. Но сонмы будд и бодхисаттв до меня (ни с одним из которых я лично не знаком) уже достигли этого мифического состояния. Во всяком случае мне приятно в это верить. Так чем же я хуже…
Поскольку действительное назначение слова – отражать внутренний мир говорящего, а не мифическую объективную истину, то самое ценное в том, что мы собираемся читать – возможность воссоздать психологический портрет автора, дабы понимать, с кем же именно мы имеем дело.
Строго говоря, рассмотреть пресловутую проблему «обета бодхисаттвы» меня подмывает уже лет десять. Но никак не удавалось найти подходящего материала, послужившего бы поводом для обсуждения. Сложно было и нащупать угол обзора, под которым вход в эту тему мог бы оказаться наиболее действенным. После месяца вынужденного затворничества оба препятствия устранены. Мы читаем «Бодхичарйа-аватāру», один из наиболее авторитетных текстов по теме образа жизни бодхисаттв, приписываемый перу некоего Щāнтидевы, скудные сведения о котором сохранились в тибетской традиции. Мы читаем его под углом отрисовки портрета автора с весьма осторожными распространениями и обобщениями. Мы не пытаемся сами и не призываем своего читателя оголтело разделять чей-то идеал жизни, не разобравшись в его тонкостях и особенностях.
Читаем мы с комментарием «Пан̃жикā», приписываемым некоему Пражн̃āкарамати (литературный псевдоним, разумеется). Комментарий обрывается где-то во второй трети главы, после чего последует голый коренной текст.
Сам я познакомился с текстом в переводах ещё пятнадцать лет тому назад. Тем не менее хочу выразить признательность Андрею за то, что он по счастливому стечению обстоятельств напомнил мне о его существовании. Ну и отдельная благодарность команде DSBC, которая под патронажем Института Точных Методов имени Нагāржуны оцифровала текст и сделала его общедоступным. Строго говоря, в электронной версии полно ляпов, но мы будем сверяться по изданию Ла Валле-Пуссена 1901 года и исправлять их, не упоминая отдельно.
* 01 * 02 * 03 * 04 * 05 * 06 * 07 * 08 * 09 * 10 *
* 11 * 12 * 13 * 14 * 15 * 16 * 17 * 18 * 19 * 20 *
* 21 * 22 * 23 * 24 * 25 * 26 * 27 * 28 * 29 * 30 *
* 31 * 32 * 33 *

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *