БЧА 3:33

जगत् अद्य निमन्त्रितं मया
सुगतत्वेन सुखेन च अन्तरा।
पुरतः खलु सर्व–तायिनाम्
अभिनन्दन्तु सुर–असुर–आदयः॥

σ: अद्य सुगतत्वेन, अन्तरा सुखेन च जगत् निमन्त्रितं मया। सुर–असुर–आदयः सर्व–तायिनां पुरतः खलु अभिनन्दन्तु।

жагат адйа нимантритам̇ майā
сугататвена, сукхена ча антарā.
пуратах кхалу сарва-тāйинāм
бхинанданту сура-асура-āдайах..
Теперь я призываю мир к реализованности и внутреннему счастью. Пусть же небожители, богоборцы и прочие рукоплещут пред всеми наставниками!

#Синтаксически непростое место. По грамматике нимантритам управляет твопом. Поэтому сугататвена, сукхена ча антарā – это локус, то, куда или к чему делается приглашение. Здесь мы видим существенную разницу в языковом мышлении.
В случае сугататвена мы вполне можем подразумевать тонкую игру слов. Сугата – это эпитет Будды, «достигший блаженства». Форматив тва абстрагирует данный признак, в результате чего буквально получается: «достигнутость блаженства», что подкрепляется сукхена ча антарā. Но подразумевается всё же состояние Будды или буддовость.
Слово антар означает не только Внутренний, но и Промежуточный. Но второе значение кратковременного счастья, на мой взгляд, здесь по контексту не подходит. Речь должна идти о внутреннем счастье как способности ума оставаться удовлетворенным без привязанности к каким-либо внешним атрибутам. Это вполне достижимый даже для обывателя идеал счастья.
Слово пуратах является послелогом и употребляется по грамматике с ропом. Инверсия путает карты, но в синтагме я привёл прямой порядок слов: сарва-тāйинāм пуратах.
Проблематика лексемы тāйин описана в комментарии к 3:2.
Разбивка на законченные высказывания внутри строфы сделана интуитивно: по полстрофы на каждое предложение. Но это не единственный возможный вариант.
Касаемо смысла, его здесь нет. Но он появляется при дополнительной вводной: если весь раздел представляет собой практику внутренних визуализаций, мысленного поклонения, то вдруг выясняется, что все вышеприведенные воззвания, аллегории и обобщения касаются ролевых расстановок внутри ума и на большее не претендуют. Т.е. адепт вскармливает свой внутренний мир, в котором он, разумеется, царь и бох, а потому вполне волен устанавливать любые правила. Уж по меньшей мере он способен заставить богов и асуров (своего ума) аплодировать стоя перед сонмом буддийских наставников.
Третий раздел БЧА окончен. А нас ждёт общий критический анализ на основе всего прочитанного.#

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *