Гита 2:42-44 мы сделали это

याम् इमां पुष्पितां वाचम्
प्रवदन्ति अविपश्चितः।
वेद–वाद–रताः, पार्थ,
न अन्यत् अस्ति, इति वादिनः॥

कामात्मानः स्वर्ग–पराः
जन्म–कर्म–फल–प्रदाम्।
क्रिया–विशेष–बहुलाम्
भोग–ऐश्वर्य–गतिं प्रति॥

भोग–ऐश्वर्य–प्रसक्तानां,
तया अपहृत–चेतसाम्।
व्यवसाय–आत्मिका बुद्धिः
समाधौ न विधीयते॥

йāм имāм̇ пушпитāм̇ вāчам̇
праваданти авипащчитах.
веда-вāда-ратāх, пāртха,
на анйат асти ити вāдинах..
кāмāтмāнах сварга-парāх
жанма-карма-пхала-прадāм.
крийā-вищеша-бахулāм
бхога-айщварйа-гатим̇ прати..
бхога-айщварйа-прасактāнāм̇
тайā апахр̊та-четасāм.
вйавасāйа-āтмикā буддхих
самāдхау на видхӣйате..
σ: (1а) <हे> पार्थ, याम् इमां पुष्पितां, जन्म–कर्म–फल–प्रदाम्, भोग–ऐश्वर्य–गतिं प्रति क्रिया–विशेष–बहुलाम् वाचम् अविपश्चितः प्रवदन्ति, (1б) वेद–वाद–रताः <सन्तः>, न अन्यत् अस्ति, इति वादिनः, कामात्मानः, स्वर्ग–पराः, (1в) तया अपहृत–चेतसाम् भोग–ऐश्वर्य–प्रसक्तानां व्यवसायात्मिका बुद्धिः समाधौ न विधीयते।
Одно высказывание длиной в двенадцать строк. Синтаксически самое тяжелое для восприятия из всего отрывка 2:39-53. Сложноподчинённое предложение с придаточным определительным (1аб). При этом фрагмент 1б представляет собой распространение клауземы 1а за счёт однородных подлежащих.
Упрощённый синтаксис всего фрагмента:
यां वाचां अविपश्चितः प्रवदन्ति, तया अपहृत–चेतसाम् व्यवसायात्मिका बुद्धिः समाधौ न विधीयते।
Если мы посмотрим на русскоязычные переводы, то ни в одном из них данная конструкция узнана и понята не была. Если найдёте такой перевод, датированный ранее 17.10.2019 (момент написания мной данного разбора), дайте мне знать, я поправлю категоричный тон своего суждения.
Задача диагностирования структуры осложняется типичной для санскрита ошибкой связи с безвалентной основой: तया अपहृत–चेतसाम्, где अपहृत не может управлять твопом तया, поскольку является зависимой основой в составе сложного слова (которое для полного счастья ещё и бахуврӣхи, в котором обе основы зависимы, т.е. не могут вступать в самостоятельные связи).
Отдельно фрагменты не переводятся. Поэтому придётся жарить слона целиком.
<О हे> сын Пр̊тхи पार्थ, у погрязших в роскоши и власти भोग–ऐश्वर्य–प्रसक्तानां, тех, чьё сердце украдено (букв. унесено) अपहृत–चेतसाम् той तया цветистой पुष्पितां речью वाचम्, снабжающей наградой за труд в виде <нового> рождения जन्म–कर्म–फल–प्रदाम्, преисполненной частных процедур क्रिया–विशेष–बहुलाम् по части доступа к роскоши и власти भोग–ऐश्वर्य–गतिं प्रति, той самой, которую याम् इमां провозглашают प्रवदन्ति неумные अविपश्चितः, <являющиеся सन्तः> влюблёнными в утверждения Вед वेद–वाद–रताः, толкующие वादिनः о том, что इति иного अन्यत् не न бывает अस्ति, страстные по натуре कामात्मानः, одержимые раем स्वर्ग–पराः, <у таких> при сосредоточении समाधौ не न формируется विधीयते решительная по характеру व्यवसायात्मिका мысль बुद्धिः।
Перед нами совершенно иррелевантный общему контексту фрагмент текста. Война на носу… вокруг богатыри… звуки боевых барабанов и раковин… Аржуна в депрессии… озабоченность нависшей угрозой гибели всей ведийской цивилизации… И тут Кр̊шн̣а такой ну давай отжигать за не пойми с какого боку припёку. О ком это? о чём это? зачем это?
Ответы на эти вопросы у меня имеются. Я напомню ещё один тезис, который последовательно обосновываю: все популярные информационные массивы (а «священные писания» подпадают под эту категорию) являются ранней формой Средств Массовой Информации, то есть, инструментом в информационной войне. Отголоски той войны, в которой применялся текст Гӣты, мы и находим в тексте. Для этого нам нужно знать исторический контекст. Не контекст Махāбхараты как произведения жанра фентези, а контекст реалий разрозненных княжеств на территории полуострова Индостан, в которых эта самая Махāбхарата циркулировала.
Одной из ранних систем мысли была т.н. пӯрва-мӣманса, изложенная товарищем Жаимини в сӯтрах имени себя. Согласно исследователям (я сам текст читал только в паре мест, поэтому не могу подтвердить или опровергнуть), Жаимини выдвигал такую теорию: исполнение предписанных в процедурном разделе Вед (карма-кāн̣д̣а) ритуалов обеспечивает душе высшее рождение в райских областях, равно как и мирские няшки (жену, сына, скот, земли). И в этом заключается высшее благо для человека. Никакой более высокой цели в рамках человеческой жизни реализовать невозможно. Если это действительно так, то можно сказать, что Жаимини был эдаким раннеиндийским Конфуцием, возводившим ритуал в абсолют.
Исследователи утверждают, что ритуализм пӯрва-мӣмансы исторически является одной из самых ранних систем раннеиндийской мысли. Вероятно даже несколько старше сāн̇кхйи. Т.е. к моменту насаждения моды на ведāнту всех мастей ритуалисты оказались её главными идеологическими противниками, поскольку не полагали для человека никакого идеала свободы (мокша).
Зная сценарии, можно вполне правдоподобно восстановить градиент утраты ритуалистами своих былых позиций. Понятно же, что нужен он был главным образом жрецам, поскольку с ритуалов они кормились. Ты получаешь плату за отправление культа по заявкам сегодня, а результаты обещаешь на потом. Любому здравомыслящему человеку понятно, что невозможно напастись на всех страждущих столько жреческой святости, чтобы каждый ритуал приносил обещанную награду. И со временем неизбежно стали накапливаться городские легенды. Вот Богдан отпуджарил ради обретения сына, отдал полстада коров, а сына у него так и не получилось. Вот Тамерлан хотел излечить геморрой в хронической форме, отплатил за ритуал половиной урожая зерновых, а геморрой даже не подумал уйти. Там Теймур копил три года всем кланом на раджасую, хотел посредством ритуала свергнуть местного царька Гауды, отдал всё собранное золото, а закончил свою жизнь на виселице по приговору княжеского суда за попытку захвата государственной власти. Ну и так далее.
Поскольку тутошние няшки часто оказывались нереализуемы, а Закона о защите прав потребителей ещё не выдумали, чтобы можно было потребовать деньги взад, то народец начал задумываться: так если не срастаются заверения насчёт того, что можно на хлеб намазать или в карман положить, то какие основания верить попам (сиречь брахманам) в части обещаний райской жизни в пакибытии?
Понятно, что традиционное мышление гораздо более консервативно, управлять им ввиду отсутствия таких рычагов управления, как телевидение, газеты, интернет было крайне сложно. Поэтому и процесс был размазан во времени. Но как бы то ни было, мало-помалу желание вкладываться в неэффективные ритуалы у потребителей поугасло. Причём, поугасло в первую очередь у трезвомыслящих власть имущих и капиталистов. Т.е. тех, за чей счёт жречество и кормилось.
Ещё раз сформулирую свою идею: жрец номинально – это всего лишь светская роль. Чтобы жрец был духовным и мог материализовывать чужие желания, он обязан жить праведно, стяжать благодать. Но человеческая природа во все времена одна и та же: желание наживиться на своём статусе в девяти случаях из девяти с половиной берёт верх. Поэтому в любой формализованной религии (брахманизм в этом ключе ничем не отличается от православия) духовная составляющая выхолащивается, формируя в народных массах а) стойкую убежденность в отсутствии духовности как явления и б) отвращение к религии в целом или наличествующей её форме.
И вот тут Матрице для структурирования народонаселения позарез нужна новая идеология. Ибо, как я не раз указывал, безыдейная жизнь – это жизнь скотская, недостойная человека. Тут и подвернулся удачный случай в лице ведāнты. Вполне возможно, она сначала так и не называлась. Как видно из нашего текста, мистическое богословие Кр̊шн̣а именует словом сāн̇кхйа. Что содержательно далеко не тождественно одной из шести систем мысли.
Наш текст (я имею в виду Гӣту в целом) не может выкорчевать ритуализм на корню. Дело в том, что при таком экстремистском подходе консервативно настроенные традиционалисты отвернулись бы на раз. Поэтому политика Гӣты сводится к тезису «Всем сёстрам по серьгам», и вашим, и нашим. «Мы утверждаем, что помимо привычных для мирян ценностей в виде жены, сына, дома, скота, земель, райских посмертных утех и т.п. существует более высокая ценность именем мокша. Но если вы пока скудоумны, если такая ценность вас не интересует, ничего страшного, продолжайте отправлять культ. Со временем вы дорастёте до мокши» – так или примерно так отстраивалась позиция.
Несложно заметить притянутость за уши всего фрагмента Гӣты, начиная с 2:39 и по середину восемнадцатой главы. Его, по ощущениям, писали разные конфессии и в разное время. Целью всех было иметь своё идейное представительство в одном из самых популярных литературных памятников. Либо же мы должны полагать, что всё разномастное содержание было заранее задумано как некая энциклопедия современных духовных доктрин, чтобы сделать текст интересным максимальному количеству читателей, т.е. предельно расширить свою таргет-группу, целевую аудиторию.
А коли так, то неудивительно, что текст на каждом шагу противоречит сам себе. Возьмем наш случай. Отрывок явно принижает и даже обесценивает ритуализм вед и мелочные мирские цели в виде процветания в этой и последующих жизнях. Однако у нас ведь не настолько девичья память. Мы ведь помним, что буквально только что сам Кр̊шн̣а рекламировал предстоящую битву как внезапно распахнутые врата рая для всех воинов (см. 2:32). Разве рай не является той самой низкой целью, о которой в приличном обществе даже заводить речь не комильфо? Это раз.
Второе ключевое замечание касается неподобающего адресата. Социальная роль кшатрия вообще никогда не была связана с идеалами мокши и постижением мистического богословия. Иначе говоря, девяносто процентов всех наставлений Гӣты душевредны Аржуне как воину, ибо вступают в конфликт с его ролевыми расстановками, отменяют активные на уровне сам̇скāр сценарии, по которым он обязан свою роль отыгрывать. И такое положение дел выглядит дичайшей дичью. Но вполне оправдывается доктриной ведения информационных войн: цель оправдывает средства. Мы обязаны впихнуть невпихуемое в тот текст, который популярен среди масс. Тогда на него можно будет авторитетно ссылаться во время очных и заочных идеологических баталий. А поскольку наши оппоненты такие же нечистоплотные на руку, то никто нам претензий за подлог не предъявит. Ибо вся наша литература – это один большой подлог. Мы ведь доподлинно знаем: чтобы тебе поверили, нужно врать по-крупному. Цыгане мы или кто, в конце-то концов?!
Вот и получается, что рассусоливания про трансцендентную Душу Мира, а затем апелляция к долгу и чести более менее вписываются в связное повествование. А всё что дальше – это поздняя инфоцыганщина. Первая глава – тоже поздняя интерполяция, призванная сделать из текста законченное самостоятельное произведение. И где-то конец восемнадцатой главы связывает эту мини-вставку с последующим сюжетом Махāбхараты.
Сказанное вовсе не бросает тень на идеологическую состоятельность Гӣты. Идеи не коньяк, они не набирают цену со временем. Поэтому какая разница, когда они появились в тексте? Если учесть, что подобная ситуация характерна для всех исторических памятников, включая Библию, то… хрен редьки не слаще. Если идея здравая, она была здравой вчера, является здравой сегодня и будет здравой завтра. Ну, разве что историко-культурный контекст вызовет трансформацию форм её проявления вовне. Только и всего.
Я не хочу разбирать языковой план отрывка, поскольку с учётом объёма это будет нудятиной. Но если у кого-то возникли вопросы по синтаксису или грамматике в целом, пишите, рассмотрим.
На этом мы завершили – пусть и не подряд – чтение отрывка 2:39-53, посвященного чудотворной практике сосредоточения мысли. Настоятельно рекомендую его к прочтению, осмыслению и… если кого заинтересует, внедрению в поток своебытия.
Ссылки на отдельные строфы лежат здесь:
http://navyan.ru/?page_id=4503

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *